Россия обладает огромным ресурсным потенциалом сланцевой нефти и трудноизвлекаемых запасов нефти, который может быть монетизирован только при развитии конкуренции в отрасли и налоговом стимулировании со стороны государства.
Директор Энергетического центра бизнес-школы СКОЛКОВО Григорий Выгон принял участие в Петербургском международном экономическом форуме – 2014. На панельной сессии «Новые технологии добычи углеводородов: потенциал использования в России», организованной в рамках форума, обсуждались перспективы сланцевой революции в России. В дискуссии приняли участие заместитель министра энергетики Российской Федерации К.В. Молодцов, председатель правления и генеральный директор ОАО «Газпром нефть» А.В. Дюков, первый вице-президент ОАО «НК «Роснефть» Эрик Лирон, вице-президент ОАО «ЛУКОЙЛ», президент «ЛУКОЙЛ Оверсиз» А.Р. Кузяев, генеральный директор ОАО «Росгеология» Р.С. Панов, президент и главный исполнительный директор National Oilwell Varco Клэй Вилльямс.
В своём выступлении Григорий Выгон отметил, что Россия занимает первое место в мире по объёму технически извлекаемых ресурсов сланцевой нефти (порядка 10 млрд тонн, преимущественно в Баженовской свите), однако никто не видит перспектив полномасштабной реализации этого ресурсного потенциала. В частности, объемы добычи трудноизвлекаемой нефти (ТрИЗ) в России к 2035 году мы оцениваем в диапазоне 50-70 млн тонн в год, причем они включают преимущественно добычу из Тюменской свиты и Ачимовской толщи, а не из Бажена.
Есть три основных причины, которые могут помешать России повторить сланцевый успех США. Во-первых, это неоптимальная система налогообложения. Сегодня в России после уплаты пошлин, НДПИ и вычета транспортных расходов цена на скважине в Западной Сибири равна порядка 24 долл./барр. В прошлом году было принято решение обнулить НДПИ для Бажена, но это дает еще 24 долл./барр., то есть в сумме менее 50 долл./барр, что сопоставимо с удельными затратами на разработку и недостаточно для окупаемости проекта.
«У нас каждая скважина – это «рукотворное произведение», и понятно, что все дорого и точка безубыточности будет гораздо выше, чем в США. То есть те меры, которые были приняты по стимулированию разработки Бажена и других ТрИЗ, явно недостаточны, нужно делать что-то еще», - отметил эксперт.
Во-вторых, сегодня технологий добычи нефти из Бажена ни у кого нет, российские компании активно заключают соглашения с крупными зарубежными нефтяными и сервисными предприятиями, которые не являются носителями знаний о добыче нефти из Бажена.
«Бажен – это не Баккен и не Игл-Форд, и в Америке, как известно, нефть добывают в основном из плотных пород. А из сланцев – газ и конденсат, поэтому для того, чтобы научиться добывать нефть из Бажена, нужно затратить много времени и усилий», – отметил Григорий Выгон.
Наконец, в-третьих, низкий уровень конкуренции и малый масштаб могут существенно замедлить темпы разработки и внедрения технологий. «В действительности сланцевую революцию в США сделали независимые компании. Есть характерный пример, когда Exxonкупил одного из лидеров добычи нетрадиционных углеводородов, XTO Energy, и не инкорпорировал ее, то есть не навязывал свою систему корпоративного управления, просто потому, что компания была существенно эффективнее».
В России сегодня бурится порядка 6,5 тыс. нефтяных скважин в год, в Америке - 6 тыс. скважин только на нефти плотных пород, 7 тыс. скважин на сланцевом газе. «То есть для того, чтобы нам быстрее пройти путь, который занял в Америке 30 лет (объединение в одну технологию горизонтальной скважины и гидроразрыва), нужно увеличить уровень конкуренции и объемы работ», - констатирует Григорий Выгон.
Компании должны активнее инвестировать в технологии и бурение, соответственно, государство должно давать дополнительные стимулы.
